Учредители и директор все чаще платят по долгам компании-банкрота.

18.03.2016

Несколько лет назад подача иска о субсидиарной ответственности учредителей и директора компании стало не правом, а обязанностью антикризисного управляющего. В результате сегодня в Минске удовлетворяются 85% таких исков. Долги юрлиц- банкротов стали переноситься на физических лиц – ее учредителей и директоров. Мнение о том, к чему приводит такая практика, рассказывает Михаил Кирилюк, заместитель директора, партнер юридической компании ООО «МК-консалтинг».

– Недавно в Минске прошел семинар о проблемных вопросах, которые возникают во время применения законодательства о банкротстве.

Организатором мероприятия стала Ассоциация по антикризисному управлению и банкротству. В качестве спикеров выступили представители Экономического суда Минска, а также  Департамента по санации и банкротству.

Основной темой вопросов, которые задавали судьям управляющие по банкротству и практикующие юристы, стало применение норм законодательства о субсидиарной ответственности.

Общеизвестно, что и 5, и 10 лет назад привлечение к субсидиарной ответственности директора, учредителя компании-банкрота было скорее исключением, чем правилом. Но с 2014 года ситуация начала кардинально меняться. Это произошло в т.ч. и после того, как изменилась практика применения новой редакции закона «О банкротстве» (от 13 июля 2012  № 415-З).  Согласно ему, подача иска о субсидиарной ответственности является не правом, а обязанностью антикризисного управляющего.

Общие сведения о привлечении к субсидиарной ответственности:

 Иски о субсидиарной ответственности подаются на весь размер непогашенной задолженности компании банкрота.

 Когда к субсидиарной ответственности привлекаются несколько лиц (например, учредители, директора), они привлекаются солидарно, т.е. к каждому предъявляются требования на всю сумму долга. Например, если непогашенная сумма долгов ООО составляет 100 млн, и иск будет подан в адрес 2 директоров и 2 учредителей ООО, то в случае удовлетворения иска, суд вынесет постановление о взыскании 100 млн с каждого ответчика.

 Сроки привлечения к субсидиарной ответственности – в течение производства по делу о банкротстве и 10 лет с момента окончания дела о банкротстве.

В диалоге между судьями и управляющими по банкротству  выяснилось расхождение позиций.

Позиция антикризисных управляющих: они обязаны подавать иск только в случае, если обнаружили для этого основания и отразили их в заключении о банкротстве.

Позиция представителей Экономического суда: подать иск управляющий обязан в каждом деле о банкротстве. Обоснованность данного иска судья будет рассматривать уже не в рамках дела о банкротстве, а в рамках искового производства по субсидиарной ответственности.

За принципиальную неподачу иска о субсидиарной ответственности мера воздействия – отстранение антикризисного управляющего от ведения дела и привлечение его к ответственности.

Представители суда также отметили:

  • В случае отказа в иске о привлечении к субсидиарной ответственности, госпошлина, ложащаяся на предприятие-банкрота, не будет расцениваться как увеличение расходов по вине управляющего
  • Подача иска о субсидиарной ответственности, согласно последним разъяснениям Верховного суда, является обязательной, вне зависимости от мнения кредиторов по данному вопросу

Статистика привлечения к субсидиарной ответственности в Экономическом суде Минска (дел о банкротстве в нем  рассматривается больше всего в стране):

  • 85% исков о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворяются
  • Около 10% заканчиваются примирением либо уменьшением размера ответственности
  • Отказ в привлечении к субсидиарной ответственности происходит только в 5% рассмотренных дел

Выводы для руководителей бизнесов и учредителей

1. Если вы руководитель коммерческой организации, которая по каким-то причинам стала несостоятельной (не может погасить имеющиеся долги, даже распродав все свое имущество), то с вероятностью в 85-95% разница между активами компании и его долгами ляжет на ваше личное имущество.

2. Практически такие же риски несут и учредители коммерческих организаций. Обязанность подачи заявления о банкротстве в течение месяца с момента выявления факта неплатежеспособности компании лежит также на них. Хотя мало кто из учредителей знает об этом.

Субсидиарная ответственность за неподачу/несвоевременную подачу заявления о банкротстве распространяется в полной мере на всех учредителей. Вне зависимости от размера их долей в уставном фонде.

Мнение: что получается в итоге

Лично мне, как бывшему управляющему по банкротству, практиковавшему более 5 лет, и проведшему несколько десятков процедур банкротства, такая позиция судов представляется в корне неверной по многим причинам. Вот что получается в итоге:

1. Институт банкротства, смысл которого заключается в освобождении от долгов неплатежеспособных предприятий, фактически исчезает. Вместо него возникает новый институт переноса долгов с юридического лица на физическое лицо.

2. Теряет первоначальный смысл вся правовая конструкция «юридического лица» как обособленного субъекта.

3. Директор компании попадает в ситуацию, когда собственность компании не принадлежит ему. Однако в случае форс-мажорной рыночной ситуации (которые в Беларуси случаются с завидной регулярностью), все долги компании автоматически становятся его личным долгом.

4. Любой учредитель, приобретая долю в ООО, вне зависимости от того, это 1% или 99% уставного фонда, каждый месяц обязан требовать предоставить ему отчетность компании, изучать ее финансовое состояние.

Узнав, что экономические показатели хуже нормативов, установленных Законом «О банкротстве» (определить это можно, обладая специальными знаниями или привлекая специалистов) он обязан:

  • Требовать созыва общего собрания участников и ставить вопрос о принятии финансового оздоровления либо обращения в экономический суд
  • В случае отказа – самостоятельно пытаться подавать заявление о банкротстве. В противном случае – с большой вероятностью долги компании могут стать его личными долгами

5. Аббревиатура ООО, общества с ограниченной ответственностью, перестает соответствовать своему названию. Исчезает разница между индивидуальным предпринимателем, отвечающем «всем своим имуществом» и ООО «несущем риск в пределах уставного фонда».

Понятие «предпринимательский риск» устраняется, риск всем имуществом для любого управленца фактически составляет 85-95%.6. Роль управляющего в деле о банкротстве сводится к функции «магазина конфиската»: обеспечить сохранность и реализовать с торгов остатки имущества ликвидируемой компании.

В этом нет ничего плохого, однако сегодня круг обязанностей управляющего намного шире. Согласно действующему законодательству, управляющий обязан проводить исследование финансового состояния должника, устанавливать причины банкротства, противоправных действий должностных лиц, незаконных сделок, вывод активов, признаков ложного банкротства и т.д. И по результатам 3-4 месячного труда готовить отчет о банкротстве.

А с обозначенной судебной практикой уже нет необходимости тратить на эти процедуры время управляющего и деньги должника (1 базовая в день, итого 18,9-25,2 млн за конкурсное производство). Ведь вне зависимости от установленных управляющим фактов, последствия для должника не меняются – в любом случае, обязательства по погашению долгов компании будут отнесены на топ-менеджеров и учредителей компании-должника.

7. Разумеется, всегда были люди, ведущие бизнес с «запрещенными приемами», использующие процедуру банкротства, как способ ухода от долгов и сокрытия своих противоправных действий.

Однако большинство руководителей не могут являться такими правонарушителями. Моя практика как юриста, руководителя и управляющего по банкротству это доказывает. Статистика уголовных дел также показывает сравнительно низкий уровень преступности в сфере банкротства. Например, за первые полгода 2015 из 749 экономических преступлений было выявлено 19 преступлений в сфере банкротства. Всего в производстве экономических судов на 01 марта 2016 находится 2 564 дел о банкротстве. 

8. Попробуйте объяснить иностранному инвестору, что если из-за неграмотных действий нанятого директора его компания обанкротится – то долги, образованные в результате операционной деятельности, могут в итоге погашаться из продажи его личного виноградника во Франции или завода в Италии, приобретенных за много лет до входа на белорусский рынок.

10. Несколько лет такого активного правоприменения повлечет широкое использование подставных лиц в качестве директоров, учредителей компаний, владения активами через третьих лиц.

Создастся ситуация, когда лицо, которое владеет собственностью, не будет напрямую владеть компаниями и управлять бизнесом. А тот, кто управляет бизнесом, будет стремиться не иметь ничего значимого в собственности. Хочется верить, что люди, ответственные за подготовку и применение законодательства в сфере банкротства, будут подходить к проблеме не используя формальный подход, не руководствуясь позицией «банкрот – значит виновен», а  разбирать каждое дело с учетом индивидуальных особенностей, принимать во внимание выводы антикризисных управляющих.